Афганские женщины и торговля опиатами: что изменилось после прихода к власти талибов? 

Афганистан – самый крупный поставщик опиатов в мире.
Фото Мисии ООН в Афганистане / Э. Каналстейн
Афганистан – самый крупный поставщик опиатов в мире.

Афганские женщины и торговля опиатами: что изменилось после прихода к власти талибов? 

Женщины

На протяжении двух последних десятилетий Афганистан остается основным источником незаконного производства опиатов в мире. Первоначально предполагалось, что женщины играют малозначительную роль в торговле опиатами, однако в ходе анонимного исследования, проведенного в 2020 году, многие мужчины-торговцы признали, что участие афганских женщин в этом нелегальном бизнесе в последние пять лет значительно возросло.  

Чтобы лучше понять роль афганских женщин в торговле опиатами в Афганистане, Управление ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН) инициировало проведение исследования, опирающегося на результаты опросов афганских женщин. Девять таких интервью были проведены минувшим летом, через год после захвата Талибаном власти в Афганистане.  

Повторный приход к власти в стране талибов кардинально изменил жизнь женщин и девочек. Крах афганской экономики и последующий гуманитарный кризис нанесли значительный урон населению Афганистана. Женщины и девочки несут на себе дополнительное бремя экономических потрясений. Безработица, голод и нищета способствуют вовлечению женщин в торговлю опиатами.  

Многообразие ролей 

Все девять опрошенных в ходе исследования женщин признались, что им часто приходится выполнять сразу несколько ролей, основная из которых – торговля опиатами внутри страны и за пределами Афганистана. Кроме того, женщины участвуют в производстве и хранении героина, а также в сборе информации и вербовке новых наркоторговцев.  

«Я перевозила наркотики в одну из соседних стран, а оттуда отправляла их по почте на разные европейские адреса», – рассказывает женщина, фигурирующая в докладе под номером восемь. «Номер шесть» сообщила, что перевозила наркотики в Иран. «Пятый номер» призналась в работе на своего собственного отца: она отвечала за хранение героина, упаковку и его распределение. Женщина под номером один прятала наркотики внутри сувениров, ювелирных изделий и женской одежды, а потом, несколько раз в год, вывозила эти товары за рубеж.   

«Карьерный рост» 

Со временем некоторые женщины смогли расширить сферу своей деятельности.  

«Вначале я занималась хранением и торговлей, затем научилась упаковывать и прятать наркотики, а в итоге смогла самостоятельно производить морфин и героин», – рассказывает «номер три». 

«Я начинала с расфасовки и продажи героина местным наркоманам, и наш доход был не очень большой, – добавляет «номер два». – И тогда наркоторговец, на которого мы с мужем работали, предложил нам стать курьерами между нашей страной, Дубаем и Пакистаном. Люди, которые работали на этого человека, как мы знали, были опытными и зарабатывали хорошо, поэтому мы согласились».  

Крах афганской экономики и последующий гуманитарный кризис нанесли значительный урон населению Афганистана.
UNAMA / Н. Фарзад
Крах афганской экономики и последующий гуманитарный кризис нанесли значительный урон населению Афганистана.

Производство морфина и героина – одна из областей, где, по словам женщин, они могут достичь определенного финансового успеха.  

«Вначале я просто помогала “варщику”, но со временем сама научилась “готовить”, и теперь время от времени варю от двух до пяти килограммов героина, – рассказывает «номер три». – Когда я работала помощником, мне платили 200–300 долларов за каждый килограмм героина. Теперь я зарабатываю 400–700 долларов за килограмм». 

Доход, полученный от незаконной торговли наркотиками, все девять опрошенных женщин использовали для покрытия семейных расходов и накопление сбережений. Они утверждают, что торговля опиатами обеспечила их семьям определенную степень экономической безопасности и независимости. Одна из женщин призналась, что была вынуждена оплачивать расходы собственных наркозависимых детей. «Мой старший сын кололся героином, однажды у него случилась передозировка, и он умер. Это было лет восемь назад», – вспоминает «номер шесть».  

Семейный бизнес  

Производство наркотиков, торговля ими и наркотрафик в Афганистане – это, часто, семейный бизнес, переходящий по наследству от одного поколения к другому.  

«Мой отец, которого сейчас уже нет, занимался этим всю жизнь, – рассказывает «номер четыре». – Потом этим занялся мой старший брат. А сейчас в это вовлечена и я». 

Две опрошенные женщины признались, что старшие члены их семей принудили их к торговле наркотиками с помощью угроз, еще одна указала в этом контексте на свое социальное окружение.  

«Вначале я не была заинтересована в этом бизнесе, боялась его, но отец сказал, что это дело стоящее, – вспоминает «номер пять». – Теперь я понимаю, что он был прав». 

Все девять опрошенных в ходе исследования женщин признались, что им часто приходится выполнять сразу несколько ролей, основная из которых – торговля опиатами.
ВПП / Дж. Франк
Все девять опрошенных в ходе исследования женщин признались, что им часто приходится выполнять сразу несколько ролей, основная из которых – торговля опиатами.

Зарубежные направления  

Восемь женщин из девяти сообщили, что «бизнес», в котором они участвуют, занимается незаконной транспортировкой опиатов в другие страны. Наиболее популярные и относительно безопасные направления – соседние Иран и Пакистан, но есть и более длинные маршруты.  

«У нас есть сеть клиентов в США и Канаде, – говорит «номер один». – Несколько человек, которых я лично знаю, продавали наркотики в Эмираты и соседние с ними страны».  

Талибы – не помеха 

Несмотря на указ, выпущенный руководством Талибана в апреле 2022 года, который запрещает производство, изготовление и оборот наркотиков в Афганистане, опрошенные женщины в массе своей считают, что на их бизнес это повлияло в незначительной степени. Лишь две из них заявили, что им пришлось приостановить текущие операции. Остальные, напротив, говорят о том, что работать стало легче.    

«С тех пор как власть захватили талибы, торговать наркотиками стала намного проще, потому что они не имеют реального контроля над наркоторговлей», – призналась в ходе интервью женщина, фигурирующая в докладе под номером три.