6 июня 2022

Мультфильмы в качестве средства поддержания и развития русского языка – такая необычная идея пришла в голову нашим коллегам из отделения ООН в Вене. О роли анимации в контексте национальной культуры накануне Дня русского языка, который ежегодно отмечают в ООН шестого июня, рассказала сценарист, режиссер и Программный директор «Большого фестиваля мультфильмов» Мария Терещенко.

По ссылке https://multfest.online/un.html Вы сможете в течение недели, с 6 по 10 июня этого года, посмотреть подборку современных мультфильмов для взрослых и детей. C Марией Терещенко поговорила Елена Вапничная.

Маша, спасибо Вам большое за то, что Вы предоставили такую разнообразную программу и согласились с нами поговорить в преддверии Дня русского языка, который сейчас переживает, наверное, не самое простое время.

Мария Терещенко: Ну, не стоит благодарности, потому что для меня самой это большая честь – сделать такую программу для ООН на День русского языка. Анимация и русский язык – это две мои профессии, две очень важные для меня темы, и, конечно, когда я готовилась к сегодняшнему дню, я очень долго думала про какие-то хорошие важные слова, которыми можно предварить эту программу, этот показ. И выяснилось, что это очень непросто – найти подобные слова в тот острый исторический момент, который мы сейчас переживаем.

Год назад это было бы довольно легко, потому что мы говорили бы о том, что язык помогает людям понимать друг друга, что это очень важно в нашей жизни, что культура – это soft power, которая меняет общество к лучшему, и даже, может быть, о том, что она спасет мир, как сказал японский премьер. Но как это сейчас говорить? Наверное, это сейчас не очень уместно прозвучит. Поэтому я могу только надеяться, что наша программа вызовет у кого-то светлые эмоции и никого, надеюсь, не заденет.

Поскольку мы говорим в преддверии Дня русского языка, кажется, что мультфильмы – не самая очевидная иллюстрация роли русского языка. Вроде, это не совсем литературный жанр. Почему мультфильмы?

МТ: Это смотря как посмотреть. С одной стороны, действительно, есть мультфильмы даже без слов, и это нормально: мультипликация – все же, в первую очередь, визуальное искусство. С другой стороны, есть несколько моментов. Первый из них, как мне кажется, связан с тем, что мультфильмы очень нравятся детям. Мы это знаем очень давно – с 1930-го года. Хотя изначально это – не детское искусство, но, тем не менее, мультфильмы очень нравятся детям. К сегодняшнему дню на мультфильмы возложена практически вся воспитательная функция. Мультипликаторы объясняют достаточно регулярно, как они могут или не могут воспитывать детей, но уж образовательная функция точно сейчас во многом легла на мультфильмы, на анимацию, на дошкольное образование и на обучение русскому языку в том числе.

Сейчас очень много появляется проектов – и азбучных, и связанных с развитием речи, и каких-то образных мультфильмов, которые иллюстрируют, к примеру, фразеологизмы – например, «глаза полезли на лоб». И это смешно, и одновременно ребенку проще запомнить фразеологизм, когда он имеет такую иллюстрацию. То есть сейчас мультфильмы, особенно детские, работают с языком очень-очень плотно, и студии уделяют особе внимание тому, чтобы речь была грамотной, чтобы она была разнообразной, чтобы она помогала ребенку осваиваться с языком и чтобы вот эти вот речевые модели поведения не были токсичными, например, чтобы в них не было таких рудиментарных вещей, связанных с дискриминацией, с «бодишеймингом» (body shaming (англ.) – критика и издевательства, связанные с внешним видом человека). Ведь этого же очень много накапливается в языке, и вот сегодня мы стараемся вот этот литературный язык – разнообразный, сложный язык, который ребенок не слышит в бытовой жизни, через мультипликацию предлагать детям в самом его прекрасном виде. И, конечно, мультфильмы становятся основным источником знаний ребенка о языке – особенно ребенка дошкольного возраста.

К слову замечу, что для многих россиян, живущих за рубежом, –  и в нашей аудитории таких очень много – для них мультфильмы, может быть, основное средство поддержания русского языка у своих детей, то есть они имеют еще и такую важную функцию, как сохранение русского языка у детей за пределам России.

Что касается знакомства с культурой, понятно, что через язык мы познаем культуру, это не просто язык – за ним стоит огромный пласт. Какую роль здесь мультфильмы могут играть?

МТ: Да, конечно, об этом я тоже хотела сказать. С одной стороны, есть развивающая функция для детей, и она наиболее очевидна. А с другой стороны, анимация, особенно российская анимация – так сложилось исторически – она очень много обращается и обращалась раньше к тому, что нельзя назвать массовой культурой. Начиная с экранизации русской классики, – очень хорошей, особенно рассказы, продолжая фольклором – очень активно он используется в анимации, очень активно анимация к нему обращается – намного активнее, чем игровое кино, прямо скажем. Сказки, песни и, в частности, огромный проект – он и сейчас популярен, но теперь он скорее подходит к концу – «Гора самоцветов», где [представлены] сказки народов России.

Очень важный автор – и он представлен в программе – Борис Шергин, фольклорист, который в сказовой манере писал свои произведения, и Юрий Коваль – действительно, очень большой диапазон культурных и языковых тем, к которым анимация обращается и к которым практически не обращается ни игровое кино, ни театр, например. Можно долго рассуждать, почему. Но я скажу простую вещь – анимация намного больше работает с короткой формой. Для короткой формы сказовая манера, например, – о’кей, а если мы будем смотреть большое кино в сказовой манере, ну, наверное, это будет немножко утомительно.

Это, кстати, наверное, в наше время очень помогает детям, у которых, как мы знаем, так называемое «клиповое сознание» и которые книжек не читают – так, как, скажем, наше поколение, и мультфильмы выступают таким заменителем, таким «спасательным кругом» отчасти.

МТ: Ну, и не только для детей – для взрослых, для молодежи, особенно, потому что те, кого мы называем детьми – мы с Вами называем детьми – некоторые из них уже довольно взрослые люди, им может быть 20-25. И, конечно, особенно такие вот феноменальные культурные вещи им проще постигать через короткую форму, которую анимация предлагает и с каким-то ярким интересным визуальным рядом, а не в виде букв.

Ну и расскажите в двух словах о том, что мы сейчас увидим, как Вы подбирали программу.

МТ: Мы попытались сделать разнообразную программу, которая представляла бы примерно все, о чем мы говорили, и даже больше. Вот я не сказала, например, об экранизациях поэзии, экранизациях биографий. Это все тоже очень значимо для мультипликации. Сейчас, например, есть очень интересный проект «Союзмультфильма», который делает мультфильмы по поэзии Серебряного века. В общем мы попытались сделать разнообразную программу, которая предполагала бы разные формы взаимодействия мультипликации с русским языком, начиная, собственно, с азбуки, с представления букв, продолжая развивающими языковыми мультфильмами для детей. Правда, у нас один есть даже без слов, но тем не менее, мне кажется, что он в каком-то смысле тоже очень вербальный – на уровне визуализации там тоже есть какие-то очень языковые вещи. И продолжаем уже мультфильмами для взрослых, в которых используется какая-то очень необычная речь, – тот же Шергин, какие-то диалектные, простонародные, просторечные формы очень интересны, ну и современная поэзия, и не очень современная поэзия. В общем, программа начинается с более детских, самых малышовых мультфильмов и заканчивается довольно взрослым кино, в том числе экспериментальным. Нам показалось, что так будет удобно, потому что семьи могут начать смотреть программу с детьми и потом, когда детям станет скучно, уже слишком взрослый пойдет для них контент, они уйдут, а взрослые смогут досмотреть то, что интересно им.

Ну что ж, будем смотреть? Спасибо Вам огромное.

МТ: Спасибо!

Подписывайтесь на нашу рассылку.
Загружайте приложение для мобильных устройств:
   Для устройств iOS
   ♦ Для устройств Android