8 ноября 2019

Донбасс - на грани экологической катастрофы. Этот регион и до конфликта считался одним из самых загрязненных в мире - здесь почти двести лет ведется интенсивная добыча угля, работают крупные металлургические и химические предприятия, и в почве накопились токсичные отходы этих производств. Сегодня на Донбассе происходит затопление 39 угольных шахт, 38 из них находятся на неподконтрольной украинскому правительству территории. Дмитрий Аверин, эксперт в области мониторинга и оценки экологических рисков, координатор экологического проекта ОБСЕ на Украине рассказал Дине Нескорожане о том, к чему это может привести.

 
ДН: Недавно под эгидой ЮНЕП был опубликован доклад, в котором говорится, что Донбасс находится на грани экологической катастрофы. Вы можете прокомментировать эти выводы?  В чем заключается катастрофа и какая сейчас экологическая ситуация на востоке Украины?
 
ДА: Экологическая ситуация на Донбассе сейчас довольно сложная, поскольку там до сих пор ведутся боевые действия, а это очень сильно влияет на состояние окружающей среды в любом регионе.  Особенно опасны боевые действия на Донбассе тем, что этот регион густонаселен, и этот регион очень техногенно нагруженный.  Там расположено очень большое количество крупных промышленных предприятий, предприятий химической, металлургической промышленности, при нарушении работы которых, соответственно, происходит загрязнение окружающей среды. Кроме того, боевые действия влияют на все составляющие окружающей среды – на воздух, воду, на подземные воды, на грунты, на постоянные ландшафты и так далее.
 
ДН: В этом докладе есть информация о загрязнении реки Северский Донец. Она всегда была самой загрязненной рекой Украины – речь же идет о промышленном районе. Причем здесь конфликт? Что именно привело к ее еще большему загрязнению?
 
ДА:  Я не могу сейчас подтвердить влияние конфликта на увеличение концентрации загрязняющих веществ в реке Северский Донец, однако, действительно с 2013 года некоторые загрязняющие вещества, такие, например, как марганец, имеют тенденцию к увеличению концентрации. Я думаю, что совсем другую картину мы увидим в течение одного – двух лет, поскольку сейчас происходит процесс затопления шахт на Донбассе.  Это, конечно, повлияет на качество воды в реке Северный Донец, в том числе.
 
ДН: А возможно предотвратить развитие такого опасного сценария уже на данном этапе?
 
ДА: На данный момент я не вижу, как можно это предотвратить, поскольку большинство шахт, практически все шахты, которые затапливаются, они находятся на неподконтрольной Украине территории.  Всего мы имеем информацию о 39 угольных шахтах, которые сейчас затапливаются, и 38 из них находятся на неподконтрольной территории.  Поэтому повлиять на этот процесс Украина не может.
 
ДН: У экспертов–экологов была возможность побывать на неподконтрольных правительству территориях?
 
ДА: Нет, к сожалению, у наших экспертов нет доступа к территориям, неподконтрольных Украине.  Кроме того, у нас нет информации о состоянии атмосферного воздуха, состоянии поверхностных и подземных вод на той территории, поскольку экологический мониторинг с 2014 года на территориях, неподконтрольных Украине, не проводится.
 
ДН: В докладе ЮНЕП еще есть информация, что из-за боевых действий в зоне конфликта были повреждены 18 заповедников.  Можете ли Вы рассказать, каким образом они повреждены, о каких заповедниках идет речь?
 
ДА: При любых боевых действиях, особенно при боевых действиях, которые проходят на территориях природно-заповедного фонда, происходит повреждение этого фонда. Оно вызвано пожарами, которые возникают из-за боевых действий, из-за движения крупной военной техники, которая не оснащается искрогасителями, например, из-за строительства фортификационных сооружений на территориях природно-заповедного фонда, из-за взрывов боеприпасов, из-за незаконной добычи полезных ископаемых на территориях ПЗФ. Всего мы насчитали с 2014 по 2019 год 78 территорий, объектов заповедного фонда, которые пострадали в Донецкой и Луганской областях.  Это – и национальные парки, такие, как «Меотида», как «Святые горы», например, это отделение Украинского степного заповедника и множество региональных ландшафтных парков, заказников.
 
ДН: Вы говорите, пострадали. Можете привести конкретные примеры, что там? Эти территории заминированы, или горят леса, или гибнут животные?
 
ДА: Частично, да.  Есть парки, в которых, действительно, территории заминированы.  Это парки, которые находятся недалеко от линии разграничения.  Есть парки, например, Региональный ландшафтный парк «Клебан – Бык», который находится в Донецкой области.  Там расположена вторая линия обороны, поэтому там было строительство фортификационных сооружений.  Он изрыт окопами.  Например, Национальный парк «Меотида». Там тоже рядом с ним были боевые действия, поэтому одно время пострадала фауна, которая была на территории этого парка.  Многие парки пострадали: из-за боевых действий выгорели леса, выгорели степные заповедные растения.
 

 

Подписывайтесь на нашу рассылку.
Загружайте приложение для мобильных устройств:
   Для устройств iOS
   ♦ Для устройств Android